Life News
Феномен «государственного многоборца». В Казахстане появились прокуроры-рекрутеры Почти незамеченной (как нередко бывает) оказалась новость от Генпрокуратуры. Надзорный орган нас информировал, что в области Абай добровольно-принудительно собрали в одном месте крупных работодателей и неблагонадежных безработных с целью «повышения уровня занятости населения». Все всё поняли? А вот, собственно, что произошло. «В прокуратуре области Абай совместно с акиматом области начата реализация проекта «Адал адам — Адал еңбек» (...). За один день более 50 безработных граждан получили направления на трудоустройство в крупных предприятиях областного центра, среди них 10 граждан из числа социально уязвимых слоев населения, 21 гражданин, состоящий на учете службы пробации, и 4 должника по алиментным обязательствам», — сказано в официальном прокурорском сообщении. Если мы не ошибаемся, то по своему функционалу прокуратура должна осуществлять высший надзор за соблюдением законности, а не становиться HR-специалистами. Зачем надзорный орган взвалил на себя роль акиматов и центров занятости, если казна и так содержит немалые штаты управлений координации занятости и социальных программ? Если истинной целью было не формальное трудоустройство 50 человек, а использование силового ресурса для «стимулирования» работодателей, то мы поздравляем генпрокурора Берика Асылова… даже не знаем с чем. Хотя бы с тем, что им можно теперь самим проверить законность своих действий. Понятно, что ситуация с трудоустройством вызывает беспокойство в государственных органах, потому что уже даже далекие от критики чего бы ни было СМИ пишут о росте скрытой безработицы. Но чтобы подгонять работодателей при помощи людей в форме? Иначе никак не заставить взять предлагаемых кандидатов? Это бизнес зажрался или соискатели не хотят работать? Более яркого сигнала, что положение дел отчаянное и решать вопрос надо хоть при помощи прокуратуры, уже, кажется, не будет. Хотя весь сыр-бор из-за нескольких десятков человек, что даже по меркам Семея погоды не делает. Но сама практика направления работы по указанию прокуратуры вызывает, наверняка, неоднозначные эмоции у руководителей предприятий, хоть частных, хоть коммунальных, хоть каких. Впрочем, практика задействовать государственных служащих для выполнения оригинальных задач свойственна не только Генпрокуратуре. Есть еще и несчастные наши педагоги. Несмотря на закон «О статусе педагога», Минпросвещения в 2026 году признает, что список обязанностей, которыми нагружают учителей, поражает своим абсурдом — они участвуют в избиркомах и ведут поквартирный обход для разноса приглашений на выборы, принудительно задействованы в субботниках и благоустройстве территорий, ведут школьные соцсети и публикуют в обязательном порядке позитивный контент на личных страницах. Естественно, всё это — на общественных началах, то есть бесплатно. Дошло до того, что в феврале 2026 года в мажилис внесли поправки, чтобы законодательно запретить навешивать на учителей ответственность за поведение детей вне школы в выходные и каникулы. До этого момента педагоги де-факто выполняли функции надзирателей и социальных патрулей 24/7. И тот факт, что для защиты учителей от покраски заборов и участия в митингах требуются правки в Уголовный или Административный кодексы, говорит о полном крахе отраслевого управления. Практика перебрасывания срочных задач по принципу «кто ближе, тот и делает» ведет к размыванию ответственности. В итоге мы получим прокуроров, которые не успеют с основной работой из-за ярмарок вакансий, и выгоревших учителей, которым некогда жить из-за бесконечного разноса листовок во внеурочное время. Хотя кого это волнует? Всегда легче послать на задачу дисциплинированных и едва ли не бесправных исполнителей (куда они денутся!), чем докладывать о том, что где-то есть проблемы. Это, кстати, всё, что надо знать о реальной трудовой этике в новом Казахстане.
