Elmedia » публикация №8809
Перемены в полной тишине В эти минуты в Астане проходит последнее совместное заседание мажилиса и сената с участием президента Касым-Жомарта Токаева, которое уже успели назвать историческим. Это одно из ключевых политических событий завершения созыва парламента, площадка для подведения итогов и обозначения дальнейшего курса страны, сообщает из кулуаров корреспондент Elmedia Ботагоз Омарова. Однако в информационном пространстве почти полная тишина. Крупные новостные ресурсы не публикуют оперативных сообщений. Прямой трансляции для широкой аудитории нет. Текстового сопровождения также не ведется. Фактически наблюдать за происходящим имеют возможность только журналисты парламентского пула, которые прошли аккредитацию заранее. Остальные получают информацию фрагментарно, зачастую с задержкой и через вторые руки. При этом сама организация события выстроена по отлаженному протоколу. Уже с 8:00 утра в здании парламента для представителей СМИ был организован фуршет. С 10:00 начали прибывать министры, депутаты, чиновники и приглашенные участники совместного заседания. Атмосфера полностью соответствует статусу мероприятия, где обсуждаются решения государственного масштаба. Тем временем президент выступает уже около часа. Звучат первые содержательные тезисы, включая стратегический курс на развитие атомной энергетики, привязанный к референдуму 2024 года. Отмечается значение этих решений для энергетического суверенитета страны и будущей экономики. Также глава государства поблагодарил депутатский корпус за проделанную работу. Но чем значимее озвученные заявления, тем очевиднее диссонанс между их содержанием и способом их донесения до общества. Событие, которое формирует политическую повестку и напрямую касается будущего страны, проходит практически без открытого публичного освещения. Граждане, в интересах которых принимаются стратегические решения, лишены возможности следить за выступлением президента в режиме реального времени, слышать его аргументы и делать собственные выводы. В результате возникает не просто вопрос о технических ограничениях или регламенте работы парламентского пула. Возникает более принципиальный вопрос о прозрачности. Почему ключевое обращение президента к парламенту остается закрытым для широкой аудитории именно в момент его произнесения?





























