Elmedia » публикация №8737
Государство закрывает кассу ЕНПФ и Минтруда одним постановлением отсекли большинство казахстанцев от их собственных денег Повышение порогов на 79% и выше радикально меняет правила игры. Людям предпенсионного возраста порог выкрутили вдвое. Вкладчикам, которые много лет копили на закрытие ипотеки или оплату операции, просто ударили по рукам. Самое циничное кроется в аргументации. Чиновники убрали из формулы будущие взносы под предлогом защиты граждан. ЕНПФ прямо заявляет: фонд считает так, будто с завтрашнего дня вкладчик перестанет зарабатывать вообще, поэтому деньги останутся в системе. Ради всеобщего блага. Конечно! Официально право на изъятие сохранили. Фактически опцию оставили исключительно для топ-менеджмента с гигантскими белыми окладами. Для всех остальных пенсионные накопления окончательно превратились в мертвые пиксели в мобильном приложении. Нам в одностороннем порядке - простите- впаривают принудительное удержание триллионов тенге внутри системы под видом заботы о достойной старости. Никакой социальной опеки в социальном государстве. Исключительно математика удержания ликвидности. У защитников новых порогов есть своя железобетонная логика. Пенсионная система создавалась строго для долгосрочного накопления. Использование этих средств для латания текущих финансовых дыр ломает саму суть механизма. Последствия предыдущего массового изъятия очевидны. Помните, как триллионы тенге хлынули на рынок недвижимости. Строительное лобби мгновенно переписало ценники, стоимость квадратного метра улетела в космос. Люди выгребали накопления ради оплаты сверхприбылей застройщиков. Экономика абсорбировала этот вброс ликвидности масштабным разгоном инфляции. Математика сложного процента неумолима. 35-летний вкладчик, обнуливший счет ради ремонта или закрытия кредитов, к 63 годам гарантированно придет за пособием по бедности. Расчеты Минтруда о пенсии в 15% от утраченного заработка после досрочного снятия вполне реалистичны. Содержать армию пенсионеров через несколько десятилетий придется государственному бюджету. С позиции макроэкономики правительство действует строго по учебнику: блокирует инфляционные риски и защищает модель накопительной системы. Но в этой схеме игнорируется корневая проблема. Массовое желание казахстанцев любой ценой выдрать свои деньги из фонда продиктовано тотальным недоверием к государству как к финансовому управляющему. Вопрос прозрачности ЕНПФ демонстрирует разницу между открытой бухгалтерией и реальным контролем. Фонд громко отчитывается о либерализации: вкладчикам разрешили передавать часть накоплений частным управляющим компаниям. Проблема кроется исключительно в масштабах. Под управлением частных структур сейчас находится чуть более 100 миллиардов тенге. На фоне общих объемов фонда это статистическая погрешность. Основная масса пенсионных активов (а это десятки триллионов тенге) жестко контролируется Национальным банком. Львиная доля уходит в государственные ценные бумаги, облигации квазигоссектора и активы банков второго уровня. Государство кредитует само себя деньгами граждан. Требуется профинансировать очередную госпрограмму, спасти проблемный банк или закрыть финансовые дыры проблемных инфраструктурных проектов калибра Астана LRT... И пенсионная ликвидность послушно направляется туда. С формальной точки зрения фонд выполняет все требования к открытости. На сайте регулярно публикуются проценты, эмитенты, валюты. Отрицательная реальная доходность просто и буднично фиксируется в таблицах. Вот такая транспарентность постфактум. Вкладчик получает подробнейший отчет о том, как его деньги уже использовали для покрытия дефицита. У граждан нет механизмов предварительной оценки рисков, нет возможности заблокировать перевод средств в сомнительные активы. Процесс принятия решений о распределении триллионов остается полностью закрытым циклом внутри кабинетов Нацбанка и правительства. Повторим! Попытка вытащить деньги из ЕНПФ продиктована инстинктом самосохранения. Люди стремятся перевести виртуальные ц





























