Результаты работы в Алматинской области
В апреле 2025 года в рамках работы в Алматинской области было охвачено 2 города и 9 районов, включая сельскую местность. По поручению Президента изучено, как на местах исполняются законы о правах женщин и безопасности детей и о нормативы органов опеки, а также проверена работа системы защиты прав ребёнка.
Проведена работа на местах и проанализированы выявленные проблемы, Рабочей группой, включающей в себя Комитет по охране прав детей, МВД, МКИ, МТСЗН и МЗ были представлены итоги и выводы о проделанной в области работе на итоговом совещании.
Таким образом, выявлены следующие проблемы:
Центры поддержки семьи (ЦПС) области, имеющие ключевую роль в профилактике, не получают необходимую для оказания помощи и сопровождения информацию от участковой полиции о семьях, в трудной жизненной ситуации и о жертвах семейно-бытового насилия, хотя по закону должны. Так, вместо тысяч семей помощь получают только несколько десятков. Только в 3 из 9 районов есть взаимодействие.
В 8 из 10 ЦПС области нет кризисных коек, где женщины с детьми могли бы найти приют (до месяца) и получить всю необходимую помощь. Согласно закону в ЦПС должны быть кризисные койки.
Норма Закона по психокоррекционной работе с агрессором в области не применяется.
За 3 месяца 2025 года по Алматинской области по 249 делам установлены особые требования, выписано 1284 защитных предписаний, при этом судами не назначено ни одного прохождения психокоррекционного курса, что является важной частью профилактики рецидивов.
В области из 211 предписаний суда о запрете на алкоголь лишь 32 человека были направлены на лечение, 50 коек в наркологическом отделении не покрывают реальную потребность.
Согласно принятому зимой закону о нормативе органов опеки, в области должно быть 111 сотрудников, а в настоящее время на 556 тыс.детей их всего - 30.
Не обеспечивается неотвратимость наказания в рамках уголовных дел, касающихся семейно-бытового насилия, в том числе в отношении детей.
Вывод - принятые нормы закона либо не исполняются, либо игнорируются на уровне районов органами социальной защиты, образования и участковой полицией.
Выявленные системные проблемы в каждом районе Алматинской области ярко выражены в следующих примерах:
Например, в одном из аулов Карасайского района была посещена семья, состоящая на учете. Во время посещения, поздним вечером, дети ходили на улице и сказали, что мама ушла искать жилье. Как отметили ИДН и соседи, подобное происходило и в зимнее время. Дети рассказали , что папа каждый день бьёт маму и их по голове. Поэтому они вынуждены ходить на улице рядом с домом, с рюкзачками и вещами, готовые убежать в любой момент.
Как выяснилось, агрессор ранее привлекался, а на момент посещения уже было заведено дело за нарушение защитного предписания. Суд должен был состояться через несколько дней, но насилие, агрессия в отношении женщины и детей по их словам продолжались (что было зафиксированно).
При этом ни школа, ни участковый, зная обо всем, не приняли реальных мер для защиты. Не было возбуждено уголовное дело за жестокое обращение с детьми, семью не выносили на заседание КДН. Каждый день, оставаясь там, они подвергались опасности! Крайне возмутительны были слова директора школы «Мы оказывали психологическую помощь детям». В такой ситуации нужно было спасать, а не просто оказывать психологическую помощь. Более того, директор выразил недовольство маме за то, что она дискредитирует их помощь.
При этом специалисты опеки, которых на 128 тыс. детей района - всего 2 (при необходимой численности 26 по нормативу), спасением детей тоже не занимались. Такая ситуация с количеством сотрудников опеки наблюдается во всех районах области: согласно принятому зимой закону о нормативе органов опеки, их должно быть 111, а в настоящее время их всего - 30.
Участковая полиция не передала информацию о данной семье в Центр поддержки семьи (ЦПС) для оказания помощи и сопровождения, несмотря на то, что по закону они обязаны информировать о всех фактах семейно-бытового насилия и семьях, находящихся в ТЖС.
Так, на сопровождении ЦПС Карасайского района находятся всего 4 семьи, при этом за три месяца в районе по скорой помощи в больницу поступило 69 женщин по фактам семейно-бытового насилия; 25 семей состоят на учете по неблагополучию; 15 семей находятся в группе с высоким социальным риском; а 17 тыс. семей - в экстренно сложной ситуации, согласно официальной информации.
Сотрудники ЦПС при этом отмечают, что им необходима информация для работы с теми, кто нуждается в помощи, но участковая полиция не предоставляет её.
Такая ситуация наблюдается в большинстве районов области. В самом ЦПС отсутствуют кризисные койки, хотя по закону они должны быть. Поэтому нам пришлось разместить маму с детьми на ночь в районной больнице (госучреждение, где есть охрана).
Везти семью в г. Конаев было нерационально - ночное время, отдаленность, старший ребёнок переживал, что пропустит школу. Кроме того, в кризисном центре не было мест.
Именно для решения этой проблемы внесены изменения в законодательство в части нормативов о ЦПС и кризисных койках.
В 8 из 10 ЦПС области нет кризисных коек.
К слову, ранее ИДН - единственные, кто пытался помочь семье, предлагали маме с детьми размещение в кризисном центре, но она отказалась из-за страха потерять товар, который они продают на рынке, и остаться в долгах. Поэтому было важно, чтобы с ней работал ЦПС, оказал поддержку и помог. Вместо этого женщина и дети продолжали жить в страхе.
Также никто не подал материал на выселение агрессора, хотя потребность в этом была очевидна. По закону агрессор может быть выселен без учета наличия у него жилья - эту норму мы отстаивали для того, чтобы сделать защиту реальной. Но участковый о ней даже не знал.
Агрессора также не направляли на принудительное лечение. По словам женщины, «не было и дня, чтобы он был трезвым». При этом направить материалы на принудительное лечение (назначается решением суда) можно было после применения нормы о выселении, таким образом оградив женщину и детей от насилия и скитаний.
По области из 211 предписаний суда о запрете на алкоголь лишь 32 человека были направлены на лечение - 50 коек в наркологическом отделении не покрывают реальную потребность.
Норма Закона по психокоррекционной работе с агрессором тоже не применялась (в поликлинике, бесплатно).
В целом, по стране только с начала текущего года судами установлено почти 7 тыс. особых требований к поведению правонарушителя, однако всего в 9 случаях назначена обязательная психологическая помощь. По этому вопросу ранее было обращение в Верховный суд и Минздрав, в части практики применения судами нормы о назначении психологической работы с агрессорами для профилактики рецидивов.
В итоге, агрессора водворили в ИВС, на следующий день состоялся суд по ранее заведенному административному делу. Он получил 20 суток, за это время будет подан материал на принудительное лечение (срок лечения согласно закону - до двух лет). Женщина с детьми вернулась домой. ЦПС взял их на сопровождение.
Кроме того было направлено обращение в департамент полиции с просьбой возбудить уголовное дело по жестокому обращению, насилию в отношении детей.
Второй пример: касательно обеспечения неотвратимости наказания в рамках уголовных дел, касающихся семейно-бытового насилия, в том числе в отношении детей.
В Енбекшиказахском районе были проаанализированы списки пострадавших от семейно-бытового насилия, поступивших в больницу через скорую помощь за три месяца текущего года.
Всего в КУИ, ЕРДР было зарегистрировано 61 дело, однако 36 из них, несмотря на тяжёлые последствия, такие как травма головы, сотрясение мозга, закрытый перелом носа, травмы внутренних органов, были либо прекращены, либо списаны в номенклатурное дело.
При этом основной причиной этого стало отсутствие заявления от потерпевших.
Однако, согласно принятому закону и нормативному постановлению Верховного суда, такие дела должны возбуждаться независимо от наличия заявления, по выявительному принципу.
Так, согласно спискам скорой помощи, в одном из случаев пострадала 19-летняя беременная девушка - травма головы, попытка суицида. В другом - отец избил 14-летнюю дочь. Дела были прекращены. В обоих случаях, дела были возобновлены, что произошло только после нашего обращения.
Также, анализ показал, что наряду с отсутствием регистрации дел отсутствует и системный контроль за рассмотрением таких преступлений в отношении детей. В этой связи необходимо проведение уполномоченным органом проверки всех дел по семейно-бытовому насилию, в том числе в отношении детей, на предмет обоснованности принятых процессуальных решений и полноты следствия.
Справка по итогам выезда направлена в уполномоченные органы и акимат для изучения, принятия мер, устранения выявленных проблем и замечаний.